Максим Негрун: Я счастлив, когда выхожу на лёд

Эксклюзив 17.04.2018 12:08:19
Максим Негрун: Я счастлив, когда выхожу на лёд

Его 23-й номер – это дань памяти отцу. В иркутском, да и в российском хоккее с мячом фамилия Негрун ко многому обязывает. В памяти болельщиков Алексей Негрун навсегда останется очень светлым человеком, надёжным вратарём. Его сын Максим – наша надежда на продолжение славных традиций иркутской школы голкиперов.

Это какой-то оптический обман: на поле вратари кажутся мощными атлетами, в реальной жизни в редакции «НС» появился высокий очень стройный парень. Максим Негрун приехал к нам сразу после тренировки «Байкал-Энергии».

 – Максим, в каком режиме сейчас тренируется команда?

– У нас по одной тренировке в день пять раз в неделю. Совмещаем тренажёрный зал и футбольное поле. Отпуск начнётся только 1 мая, до этого будем заниматься в таком режиме.

– Закончился достаточно непростой для команды сезон. Каким он был для тебя? Ведь получилось не так много игр провести в матчах чемпионата России?

– Да, получилось меньше, чем хотелось бы. Но это, наверное, стимул для меня. Нужно больше себя проявлять, быть лучше в каких-то моментах. Но я считаю, что этот сезон в любом случае пошёл мне на пользу. Пусть даже не так много игр получилось провести, но когда ты находишься в основном составе команды – это лучше, чем выступать за молодёжный коллектив. Больше возможностей для роста, а это важно для каждого молодого игрока. Ведь я тренируюсь и играю с мастерами и от этого многое приобретаю, становлюсь профессиональнее.

– Какая игра в минувшем сезоне особенно запомнилась?

– Оставил большое впечатление второй матч в Хабаровске в полуфинале. Это была огромная ответственность. Не всё получилось, далеко не всё. Когда в первой игре я выходил на замену, то особенно уже не нервничал, исход матча практически был ясен (встреча закончилась поражением «Байкал-Энергии» 1:12. – Прим. ред.). А вот во второй игре, когда вышел в основном составе с самого начала при счёте 0:0, было волнительно. Ведь серия идет, все хотят выйти в финал. Перед этим матчем я точно не знал, буду ли играть в воротах, Гриша (Григорий Лапин – вратарь «Байкал-Энергии». – Прим. ред.) довольно долго играл один в сезоне, усталость накапливалась. Но я был готов, я к каждой игре готовлюсь. Встреча закончилась поражением «Байкал-Энергии» – 3:8, но это спорт, и такое случается.

– Максим, сейчас тебе 22 года. Ты дебютировал в «Байкал-Энергии» в декабре 2016 года в Кемерово. Помнишь эту игру?

– Да, матч был в крытом модуле, в то время «Кузбасс» больше практиковал играть не на улице. Но, если честно, большое впечатление у меня оставили хоть и товарищеские, но матчи в Швеции прошлой осенью. Конечно, посмотрел на уровень мастерства вратарей. По моему мнению, в России он сейчас на порядок выше, чем в Швеции. Их сильные вратари, можно сказать, уже на пути к завершению карьеры. Тот же Андерс Свенссон, тот же Бергвалл, они уже в силу объективных факторов начинают уступать свои позиции.

– Раз уж заговорили о Швеции, давай вернемся в минувшую осень. «Байкал-Энергия» принимала участие в Кубке мира. Какие остались воспоминания от выступления в этом турнире? Иркутяне тогда стартовали очень хорошо…

– Я не назвал бы результат нашего выступления на Кубке мира неудовлетворительным ни в коем случае. Может быть, несколько влияет на оценку результат четвертьфинальной игры с «Енисеем», но нужно отдать команде должное: мы дошли до четвертьфинала, мы вышли из очень сильной группы, где были достойные соперники. Мне кажется, нельзя упрекнуть нас за выступление на Кубке мира.

– «Байкал-Энергия» очень нестабильно провела этот сезон. Бронзовые медали в чемпионате страны – достижение?

– Я считаю, что для нас бронзовые медали – это очень успешный результат. Исходя из тех ситуаций, что были в сезоне (отставки тренеров, неудачные игры, были даже неудачные серии), бронзовые медали – это очень хорошо. На данный момент это был максимум, и все это прекрасно понимали.

– Искренне радовались бронзе?

– Да. Смотрите, в этом году мы выиграли последний матч за бронзу, а в прошлом проиграли последний матч сезона за серебро. Вроде бы серебряная медаль выше бронзовой, но накал эмоций в победной игре больше. Бронзу ты выигрываешь, а при получении серебра ты проигрываешь золото. Получается так. Хотя обе медали чемпионата страны мне, безусловно, дороги.

– Максим, в школе ты занимался бальными танцами и очень успешно выступал. Твой папа с гордостью об этом рассказывал. Почему ты ушёл в хоккей с мячом и оставил бальные танцы, где у тебя всё хорошо складывалось?

– Я занимался бальными танцами до 12 лет. Ушёл, потому что мне всегда нравились игровые виды спорта, я и в школе и с отцом играл в баскетбол, волейбол, футбол. А в танцах – да, у меня получалось, но я выбрал то, что мне больше по душе.

– Хорошо, ты ушёл в хоккей. Почему именно на позицию вратаря?

– Потому, что, когда я пришёл в хоккей с мячом, я на коньках не умел кататься. Я пришёл в 12 лет, и так получилось, что весной. Летом, когда мне исполнилось 13 лет, я впервые встал на коньки (смеется).

– Это с папой хоккеистом Алексеем Негруном?

– Да, так сложилось. Так вот, я не умел кататься, и разница в коньковой подготовке между мной и сверстниками была огромной. Вышло так, что в поле уже не было возможности играть. Но, честно, мне всегда нравилось играть в воротах в футболе. Мы с отцом часто играли.

– Психологически не страшно стоять в воротах, когда в твою сторону бежит довольно внушительная компания хоккеистов и все хотят попасть мячом в створ?

– Для вратаря очень важен психологический фактор – это уверенность в своих силах, когда ты выходишь на игру не с мыслью лишь бы не ошибиться. Очень важно, что у тебя в голове в этот момент. Если я уверен, что есть большой процент, что я поймаю этот мяч, то нет никакого страха. А если кто-то боится мяча, то их место не в воротах.

– Ты воспитанник ДЮСШ «Рекорд», у кого занимался?

– Я занимался у Владимира Ильича Мишенина. Почему я выбрал «Рекорд», ведь на тот момент еще была ДЮСШ «Локомотив» Владимира Михайловича Наумова? Тогда на «Рекорде» уже был постоянный лёд, у нас просто было больше времени на ледовую подготовку, а мне, как вы понимаете, это было очень важно. Я не уходил со льда, тренировался. Играл и с девочками и со старшими ребятами. Тренировался практически в две смены, как раз в те времена я начал пропускать школу.

– Школу хорошо закончил?

– Да. Мне нравилась математика, может быть, потому что преподаватели в лицее № 3, где я учился, были очень хорошие. Конечно, когда начались пропуски, стало тяжелее. Но на тех знаниях, что получил, я хорошо сдал ЕГЭ и поступил в сельскохозяйственную академию на бюджет.

– Сейчас коснёмся очень чувствительной темы, но её нельзя обойти. Я о семье. В очень юном возрасте вы с сестрой остались вдвоём. Сначала не стало мамы, потом отца. Как вы сейчас живете с сестрой Соней?

– Мы живем вдвоём. Соне 12 лет, она учится в шестом классе, учится хорошо. Мы оба прекрасно понимаем, что у нас, кроме друг друга, никого не осталось.

– Материально вам хватает? Ведь в семье ты единственный добытчик.

– Да, не жалуюсь. Конечно, тяжёлые моменты бывают иногда. Когда у меня длительные выезды, то приезжает бабушка по маминой линии, она живёт в поселке Белореченском. Бабушка помогает нам, остается с Соней.

– Ты умеешь готовить? Может, фирменное блюдо есть?

– Да всё стандартно. Где-то курицу могу поджарить, салат сделать, макароны приготовить. Ничего особенного пока не делаю, но, может, и сделаю, просто пока не пробовал.

– Папы не стало два с половиной года назад. Вы остались одни, Соня была совсем маленькой ещё. Как вы пережили эти тяжёлые времена…

– Это было неожиданно. Позже я выбрал для себя такую позицию, что если об этом постоянно думать, то можно и с ума сойти. А если хочется жить дальше, то нужно делать всё возможное, чтобы это горе пережить и развиваться дальше.

– Максим, когда отец играл в воротах, ты ходил на матчи, смотрел, он успел тебя чему-то научить?

– Да, мы с мамой были почти на всех матчах. Мама меня водила. Но пока отец играл, я был ещё маленьким, и расцвет его карьеры застал в очень юном возрасте. Осознанно его игру я успел застать в последние годы. И тогда уже пытался что-то перенять.

– Алексей Негрун был кумиром иркутских болельщиков, очень светлым человеком…

– Он был очень харизматичным.

– Максим, у тебя есть девушка? Жениться не собираешься? Я почему спрашиваю, может быть, у тебя родится сын и он тоже продолжит славную династию иркутских вратарей с фамилией Негрун.

– Нет, девушки пока нет. Что касается детей, я никогда не буду настаивать на своём выборе. Зачем портить психику ребенка? Я смотрю на детей сейчас, мы же, бывает, пересекаемся с юными хоккеистами, всегда видно по ребенку, его это желание или желание родителей. Понятно, что лет до 14 ребенок может продержаться, но когда он станет взрослее, он просто может сказать: это не моё, мне это не нужно. Как правило, на этом этапе многие уходят из спорта. Ведь это такой вид деятельности, что если его не любишь, то у тебя ничего не получится.

– Ты любишь то, что выбрал?

– Я очень доволен своей профессией. Это любимое дело. Не каждому человеку дано, чтобы его хобби было его профессией. Я прихожу и получаю удовольствие от того, что делаю. Да, физически, может быть, порой устаёшь, но психологически я себя очень хорошо чувствую.

– От чего получаешь удовольствие в хоккее с мячом? Что компенсирует эти бесконечные переезды, большие физические нагрузки?

– Выход на поле! Это тренировки, игры. Когда за это ещё получаешь деньги, это здорово. Люди, которые любят своё дело, одни из самых счастливых.

– У тебя есть спортсмены-кумиры?

– Из вратарей это Джанлуиджи Буффон. Он мне нравится своим поведением, своим отношением к делу.

– А в хоккее с мячом кто из вратарей тебе нравится?

– Мне нравится наше старое поколение – отец и Алексей Анатольевич Баженов. Эта школа вратарей, я считаю, в своё время была одной из лучших. Они ничем не уступали другим вратарям в хоккее с мячом. Их манера игры мне нравится – это много предугадывания действий нападающих, они классно читали игру. Отец со временем начал уступать молодым вратарям в плане пластичности, отчасти из-за травм, но выигрывал за счёт опыта. Есть же такое выражение, что для вратаря возраст 30 лет – это самый расцвет. Но мне, конечно, хочется раньше заиграть на очень высоком уровне.

– Алексей Анатольевич Баженов помог тебе в становлении?

– Да, в тот период, когда я был в молодёжной команде, мы с ним работали два-три года, это очень положительно на мне сказалось. Это был хороший толчок, я тогда почувствовал, что многое стало получаться. Я считаю, что в клубе должен быть специалист, который будет заниматься с вратарями, где-то подсказывать. Ведь есть моменты психологические, через которые опытный человек уже прошёл и знает, как тебе помочь их преодолеть. Ни один полевой игрок вратарю об этом не скажет.

– Какие черты характера важны для вратаря?

– Спокойствие. Лишнее проявление эмоций не идет на пользу. Стараюсь играть с холодной головой.

– А ты вспыльчивый?

– Нет, точно нет. Может, бывают эмоции из-за возраста, но я очень отходчивый, долго зла не умею держать.

– У команды скоро отпуск. Как нужно его провести, чтобы перегрузиться, чтобы выйти на время из режима «хоккей с мячом»? Ведь от спорта тоже нужно отдыхать.

– Бывает, что неделю нужно выспаться, немного выйти из режима. Но это неделя, не больше. В это время просто хочется побыть дома, никуда не ходить, полежать. А потом все равно тянет на стадион! Это происходит даже раньше, чем заканчивается отпуск. Мы выходим из отпуска 1 июля, а я начинаю на стадионе появляться с 1 июня точно. Тянет туда, от этого никуда не денешься.

– О чём ты мечтаешь?

– Мечта есть реализовать себя в профессиональном плане. Добиться всех высот. Хочу стать первым номером в «Байкал-Энергии», на тренировках прикладываю все усилия, делаю для этого всё возможное. Ведь будет новый сезон, и опять всё начнется с нуля. Начнется тренировочный процесс, и кто будет лучше, тот и будет играть.

– Есть такой вопрос, один из популярных в мире: если бы ты мог выбрать любого человека и провести с ним вечер, кого бы ты выбрал?

– Если честно, то я больше всего хотел бы ещё раз увидеться с родителями. Это естественно, от этого никуда не денешься. Я скучаю.

Татьяна Соловьёва,
Фото Татьяны Глюк.

«Наша Сибскана», 17.04.2017.